http://www.ilkhom.com/russian/repertoire/press/article/


АРТЕМ КИМ. В ФОРМАТЕ «OMNIBUS»

Композитор Артем Ким о музыке может говорить часами, а еще увлеченно рассуждать о литературе, театре, кино. В разговоре он тверд и определенен. Музыкальные фантасмагории и звуковая эксцентрика остаются на страницах его партитур. Интеллигентный и остроумный, он похож на свою музыку – всегда неожиданную и неизменно талантливую.

«Кто убил классическую музыку?»

- Все начиналось в августе 2004 года, когда группа друзей, музыкантов-энтузиастов стала регулярно собираться и репетировать. Так появился ансамбль «Omnibus». С латинского название ансамбля можно перевести как «стремление», и это определение как нельзя лучше соответствует нашим творческим устремлениям. Каждый концерт ансамбля – это всегда поиск новых форм общения с аудиторией: комментарии, интерактивный видеоряд, соединение музыкальных образов с живописью, рождающейся на глазах у слушателей. Наши концертные программы в основном состоят из проиведений, ставших знаковыми для музыки ХХ века и по разным причинам не исполнявшихся в Узбекистане. Так родились первые программы ансамбля «Omnibus», состоящие из сочинений Стравинского, Шенберга, Веберна, Берио, Шнитке, Губайдулиной и других. Мы исполняем современную академическую музыку. Под понятием «академическая музыка» я подразумеваю произведения, для полноценного восприятия которых необходим определенный образовательный уровень, они требуют литературного и общеэстетического кругозора. Вспомните знаменитую книгу Норманна Либрехта «Кто убил классическую музыку?», в которой говорится, что сегодня слушатель чувствует себя за пределами восприятия большинства произведений, а музыканты для него люди в «башне из слоновой кости». Уверен, что необходимо дать слушателю определенные «ключи» к осмыслению новых для него музыкальных произведений. Одним из важных завоеваний концертов ансамбля «Omnibus» считаю тот факт, что подавляющую часть нашей аудитории составляют люди по роду своей профессиональной деятельности не связанные с музыкой.

Среди наших международных проектов могу назвать фестиваль музыки и визуальных искусств «Black Box» и «Omnibus Laboratorium». Последний направлен на оказание поддержки молодым композиторам, преимущественно студентам. Он включает в себя мастер-классы, лекции и предоставляет возможность написать новое произведение, которое впоследствии исполняется на заключительном концерте. Я сам был студентом-композитором и понимаю, что нельзя научить сочинять даже самого талантливого студента при условии, что свое произведение в профессиональном исполнении он услышит только однажды за все время обучения – на выпускном экзамене. «Omnibus Laboratorium» открыт самым разнообразным поискам. Но самое главное – это общение. Узбекистан интенсивно развивается и в экономической, и в культурной сферах, но что происходит даже в ближнем зарубежье, например в Казахстане, какую музыку там исполняют, что создается их композиторами,  мы не знаем. Искусство не может развиваться в вакууме, нужно находить формы творческого обмена, новые контакты…

Что же в целом является наиболее продуктивным и характерным для современной музыки? К сожалению, прошла пора открытий и переворотов в музыкальном сознании. Сегодня интерес представляет «рецептура» смешения различных музыкальных стилей, техник, эстетических пластов, поиски на уровне сочетаний, к примеру, этники и авангарда и т.д. Всегда интересно и самому поэкспериментировать в таком  ключе.

Музыка и менеджмент

Быть художественным руководителем коллектива сложно, но интересно. В целом состав ансамбля мобильный и может свободно варьироваться в зависимости от конкретных задач. С коммерческой точки зрения наш ансамбль не приносит доходов, точно так же, впрочем, как и большинство других коллективов в мире, занимающихся серьезным искусством. Во многих странах такие коллективы поддерживаются на государственном уровне, и уровень цивилизованности государства во многом зависит от того, как оно умеет сохранять и развивать свою культуру. Надеюсь, это понимают люди, отвечающие за культуру в Узбекистане.

Пока же наши музыканты работают на голом энтузиазме, пытаясь сохранить уникальный коллектив, единственный, кстати говоря, такой ансамбль в Центральной Азии. То, что нам удается заработать на отдельных проектах, осуществленных вместе с узбекистанскими и международными организациями – это, конечно, капля в море. Сегодня приходится от многого отказываться, т.к. у нас нет репетиционной базы, постоянно проблемы с инструментами. Но за два года мы отработали определенный механизм по организации наших проектов, у нас четкое разделение обязанностей, есть директор, менеджер, продюсер. Однако все вопросы решаем сообща, с первого дня отказались от политики «жесткой руки» и стараемся прислушиваться друг к другу.

Личная территория

Для творческого человека главное – это честность по отношению к тому, что он делает, честность перед самим собой, своими коллегами. Признаю, что порой, если бы я был до конца честным, то многие сочинения дописывал бы еще два-три года. Надеюсь,  что это самокритично. В целом, к профессиональной критике в свой адрес отношусь положительно. Никогда не меняю сделанного, но принимаю во внимание все важные замечания, откладывая их в «бардачок». Мне всегда интересна панорама взглядов разных людей, коллег, семьи…

Я отношу себя к тем композиторам, которые не ждут, пока Муза придет и осенит. Объем моих черновиков всегда раз в пятнадцать превышает конечный результат. Идея рождается в процессе работы, все начинается с технических упражнений, каких-то этюдов, и в итоге сама идея может трансформироваться в нечто совершенно иное. Главное для меня – сам процесс поиска. Я не представляю, как можно все сложить в голове.

Для творчества необходима изоляция от внешнего мира. И если как организатор, арт-менеджер я отношу себя к экстравертам, то в творчестве я самый настоящий интроверт. У меня есть своя личная территория творчества, где могу находиться только я один. С таким подходом окончательно стал «совой» и работаю до восьми-девяти утра. Хорошо, что моя супруга Виола относится к этому с пониманием. В консерватории мы учились с ней на параллельных курсах. Виола – оперная певица, работает в Государственной хоровой капелле. Дочери Миле уже исполнилось четыре года. С рождением ребенка произошла определенная переоценка ценностей. Раньше отвечал только за себя, теперь на мне ответственность за семью, ребенка. Меня часто мучает совесть из-за того, что с Милой я не могу проводить достаточно времени. Зачастую, когда прихожу после спектакля домой, ей уже пора спать. Такова проза жизни. Но этим летом удалось  уделять больше внимания жене и дочери. Обнаружил, что Мила с удовольствием музицирует на всех моих инструментах, особенно на скрипке и гитаре. Ну, а фортепиано у нее вообще любимый инструмент. Она может подолгу «сочинять» свои музыкальные сказки наполовину в прозе, наполовину в стихах, и с увлечением себе аккомпанировать. Это ее любимый «жанр»...

«Ильхом» - значит «вдохновение»

Я  пришел в театр «Ильхом» на втором курсе консерватории. А в 1999 году стал его музыкальным руководителем. Для меня это отдельная цивилизация, свой мир, где в творчестве тебя ни в чем не ограничивают. Для композитора это главное. Думаю, что как  личность я сформировался именно здесь. Для меня театр стал творческой  лабораторией. Ни в одном моем спектакле музыка не повторяется. Каждая работа дарит возможность сделать что-то по-новому. Недавно я беседовал с одним очень известным художником, и разговор зашел о сценографии. Его реплика меня обескуражила: «Это несерьезно, это ненастоящее творчество, оформительство!» А чем же занимались Малевич, Кандинский, Пикассо? И каким был бы Мейерхольд без Шостаковича?

Детство

Странно, но не помню своих детских ощущений. В десять лет зачитывался Достоевским, отчего мои родители приходили в ужас. У меня всегда были интересы, как говорится, не по годам.

Я вырос в Бекабаде. Мои родители не имеют никакого отношения к музыке. Мама – преподаватель математики, а отец – «мастер на все руки», в его трудовой книжке около сорока разных профессий. С их стороны я и мой брат Максим всегда чувствовали только поддержку. Они давали нам возможность самим искать свою дорогу. Собственно, в музыкальную школу я попал совершенно случайно. В школу пришла агитбригада, которая устроила импровизированный детский концерт. Один мальчик сыграл на баяне необычную пьесу. Она называлась «Два петушка» и была построена на кластерах. (подходит к фортепиано и наигрывает – B.T.). Услышав такое новое и интересное для меня звучание, я решил пойти учиться играть на баяне. Потом поступил в училище, даже стал лауреатом первой премии республиканского конкурса, но после  решил закончить с игрой на баяне.

Пробы пера и забытый диплом

Да, я действительно до сих пор не забрал из консерватории свой диплом магистра. И всему виной моя безалаберность. Сразу после выпускных экзаменов я с «Ильхомом» сначала уехал на летние гастроли, затем  была командировка, связанная с фестивалем, где исполнялось мое сочинение, а потом все как-то закрутилось. Для себя я понял следующее: есть у тебя диплом или нет, нужно каждый день доказывать на деле свою профессиональную состоятельность. Отношение к тебе складывается по принципу: умеешь ты что-то или нет, и никакие дипломы здесь не помогут.

В жизни мне везло на учителей.  Моим первым педагогом по композиции был Мирсадык Махмудович Таджиев. К сожалению, он рано ушел из жизни, и я был его последним учеником. На самом деле очень важно, кто был твоим первым учителем, кто вложил в тебя понимание твоего места в профессии. Я безмерно ему за это благодарен. Вторым моим учителем был Дмитрий Феликсович Янов-Яновский. И если Таджиев дал мне четкое понимание того, кто я, где я и зачем я вообще этим занимаюсь, то занятия с Янов-Яновским стали  для меня обретением профессии как ремесла, и я стал постигать ее изнутри.

Большое влияние оказали на меня  занятия в аббатстве Роямон под Парижем. Я участвовал в мастер-классах и занимался у самого Брайана Фернихоу. Это композитор, произведения которого признаны во всем мире. Один час его лекций – информация для работы на год вперед, в которой спрессовано множество идей, открытий, неожиданных поворотов. И я его не только не разочаровал, но, судя по его словам, доказал, что я не мальчик, который приехал  из далекой страны, а молодой композитор «без всяких скидок».

Покер, табак, виски и кулинарные изыски

Люблю хороший табак, хорошее виски и покер. Табак и виски для меня – своеобразное поле для исследования и дегустации различных марок. А покером я «заразил» весь «Omnibus». У нас даже в ансамбле образовался своеобразный покерный клуб, есть фишки и профессиональные карты, но играем на символические ставки. Покер – игра простая, но жизненная. Если при игре в преферанс умный выигрывает у глупого, в покере хороший психолог всегда  одержит победу над плохим, вне зависимости от расклада карт.

Во всех поездках всегда стараюсь побывать в нескольких ресторанах, попробовать разные национальные кухни. Могу, к примеру, порекомендовать хороший ресторан в Амстердаме... Однажды ночью в этом городе долго не мог найти круглосуточный ресторан и неожиданно набрел на маленький тайский ресторанчик, официант уже собирался закрывать заведение. Он всем своим видом демонстрировал свое недовольство. Но когда я стал расплачиваться за поздний ужин картой, открытой в Москве, выяснилось, что он когда-то учился в России и хорошо говорит по-русски. Мы просидели с ним до утра...  

О главном и разном

Наверное, главное качество, которое я ценю в людях – это профессионализм. Можно закрыть глаза на все другие личностные качества, если человек профессионал. А больше всего не приемлю в людях цинизм. Особенно, когда личные проблемы и неудачи, оправдываясь, пытаются объяснить чем-то другим. Непрофессионал в своем деле – значит виновато образование, не успел к сроку что-то выполнить – не хватило времени или – зачем у нас заниматься этим делом, когда никому это не нужно...

Каждому из нас хочется верить в то, что мы добрые и хорошие. Я частенько слышу в свой адрес – заносчивый, надменный, упрямый. Но если истолковывать эти понятия не со знаком минус, а со знаком плюс, то получается – знающий себе цену, требовательный, упорный. А это, по-моему, не так уж и плохо...

Насколько это возможно, старюсь оградить себя от потока бесконечной музыкальной информации, который ежечасно обрушивается на каждого из нас.  В такси всегда прошу выключить приемник. Я не могу отдыхать под музыку, воспринимать ее просто как фон. Для меня это активный процесс, и зачастую, вслушиваясь в то, чем заполнен эфир, ловлю себя на мысли: зачем я вообще это слушаю? Сегодня наша жизнь – гиперинформативная, гиперактивная приводит к эмоциональному упадку, трудно «подключиться» к настоящей музыке, литературе, поэзии. Когда чувствую, что не справляюсь, помогают «Торжественная месса» Баха и «Андрей Рублев» Тарковского...

Жанна Мартиросова. Bella Terra. ноябрь 2006

ВРЕЗКИ:

1. Артем Ким – композитор, художественный руководитель ансамбля «Omnibus», музыкальный руководитель театра «Ильхом».

Музыка Артема Кима в репертуаре таких ансамблей и солистов, как Antidogma Ensemble (Италия); Barbican Trio (Великобритания); Nieuw Ensemble, Atlas Ensemble, Nederlands Vocaal Laboratorium и Arnold Marinissen (Нидерланды); АСМ (Россия); Nicholas Isherwood (Франция); Yuan Sha (Китай). Автор музыки к спектаклям театров «Ильхом», им. Аброра Хидоятова, им. Моссовета, «ART-партнер».

Принимал участие в фестивалях «Ильхом-ХХ» (Узбекистан, 1997–2002), «Antidogma Music Festival» (Италия, 1999), «Ruhr Theater Festival» (Германия, 2002), «Voix Nouvelles» (Франция, 2002), «Gaudeamus Music Week» (Нидерланды, 2003), «Музыка друзей» (Россия, 2003), «Holland Festival» (Нидерланды, 2004), «38eme Rugissants» (Франция, 2004), «Kameroperafestival» (Нидерланды, 2005), «Mozart Festival» (Австрия, 2006), «International Jew’s Harp Festival» (Нидерланды, 2006), «Asia Pacific Music Festival» (Новая Зеландия, 2006).

2. Я частенько слышу в свой адрес – заносчивый, надменный, упрямый. Но если истолковывать эти понятия не со знаком минус, а со знаком плюс, то получается – знающий себе цену, требовательный, упорный.

3. Покер – игра простая, но жизненная. Если при игре в преферанс умный выигрывает у глупого, в покере хороший психолог всегда  одержит победу над плохим, вне зависимости от расклада карт.

4. Очень важно, кто был твоим первым учителем, кто вложил в тебя понимание твоего места в профессии.

5. Есть у тебя диплом или нет, нужно каждый день доказывать на деле свою профессиональную состоятельность. Отношение к тебе складывается по принципу: умеешь ты что-то или нет, и никакие дипломы здесь не помогут.

6. Не помню своих детских ощущений. В десять лет зачитывался Достоевским, отчего мои родители приходили в ужас. У меня всегда были интересы, как говорится, не по годам.

7. Для творчества необходима изоляция от внешнего мира. У меня есть своя личная территория творчества, где могу находиться только я один.

8. Сегодня слушатель чувствует себя за пределами восприятия большинства произведений, а музыканты для него люди в «башне из слоновой кости».

 
Copyright by Omnibus Ensemble
Povered by OLLI
Design by "Design Drugs"