Сокращенная стенограмма Круглого стола VII Международного мастер-класса для молодых композиторов Omnibus Laboratorium:

А.Ким, ведущий, художественный руководитель ансамбля Omnibus: Давайте сегодня поговорим о том, что в этом году на мастер-классе получилось или не получилось, что надо было бы сделать по-другому, в чем вы видите свои недостатки или достоинства, чему вы научились или хотели бы научиться?

Сабина Алматова (Худжаева), студентка мастер-класса: В этом году мастер-класс был очень разносторонним. Это стало для меня особенно ясно после концерта из произведений наших преподавателей. У каждого из авторов свой почерк, стиль, свой жизненный опыт - именно это мне больше всего понравилось.

А.Ким: Что, в этом году программа как-то особенно своим разнообразием отличалась от предыдущих? Каждый год к нам приезжают самые разные педагоги: и Виктор Расгадо, и Арнольд Мариниссен, и Питер Адрианц, и Сенг-А О, и Александр фон Шлиппенбах. Ежегодно мы стараемся и музыку играть разнообразную, и анализировать техники, совершенно непохожие друг на друга. Почему ты именно в этом году выделила разнообразие программы мастер-класса?

С. Худжаева: Может быть, только в этом году я доросла до понимания этого разнообразия и смогла как следует почувствовать разницу между педагогами…

Зарина Ходиева, студентка мастер-класса: Я согласна, что каждый педагог представляет собой отдельную персону, особый стиль. Их музыка отражает их личности, и каждый из них, безусловно, уже сложившийся, интересный художник. К поговорке: "Сколько людей, столько и мнений", на мой взгляд, можно добавить: «столько и музык».

В том году у меня была одна музыка, а в этом - другая. Думаю, так происходит потому, что сейчас передо мной стоят немного другие задачи. Я всегда придерживалась того правила, что музыка прежде всего содержит какие-то мелодии, какие-то музыкальные идеи. А сейчас хочу попробовать соединить рациональное и эмоциональное.

И в прошлом году было интересно заниматься с педагогами, особенно когда мы с ними анализировали свои сочинения. Но в проекте этого года мне понравилось то, что, например, Том Джонсон в лекции о самопроизводных мелодиях сначала объяснил нам логику своих сочинений, а потом и нам задал задание на ту же тему. Пришлось каждому задуматься, чтобы сделать какие-то свои комбинации на основе техники Тома. И когда я готовила задание, мне такая музыка понравилось уже как бы изнутри. Наверное, таким образом поставленные задачи наиболее интересны студентам. Может, стоит дальше попробовать делать что-то и в виде музыкальных подражаний стилю педагога?

С. Худжаева: Мне кажется, у многих из нас проблемой было то, что мы пишем музыку интуитивно. А лекции этого года мне помогли лучше понять, как писать музыку более осмысленно, логично. Поняла я это, правда, пока по чужим работам…

Фаррух Акрамов, ассистент педагогов: Хотелось бы послушать ребят, которые только начали заниматься у нас в мастер-классе. Мне кажется, у них могло быть немало проблем...

Из зала: В этом году я впервые участвовал в мастер-классе. Для меня было много нового в нем. И я взял себе из того, чего мне не хватало, особенно из индивидуальных занятий. Спасибо всем учителям, и тем, кто организовал этот проект. Мне хотелось бы и дальше участвовать в нем.

А.Ким: Этот проект уже закончился, а следующий будет только в октябре будущего года. Что ты будешь делать для того, чтобы подготовиться к проекту?

Из зала: Преподаватели уже показали на примере моего сочинения, в чем мои проблемы. И у меня возникли идеи, что нужно делать дальше. Так что можно сказать, что я начал готовиться к будущему мастер-классу.

А.Ким: К сожалению, немногие умеют как следует готовиться к занятиям мастер-класса. Те полчаса, которые посвящены индивидуальным занятиям с педагогом, очень важны для вас. Поэтому надо приходить на индивидуальные занятия мощно подготовленными, а не приносить свою партитуру и инертно ждать, что вам скажет преподаватель. Чтобы подготовить самые важные для вас вопросы, попробуйте сами сначала разобраться в своих проблемах, проанализировать свою партитуру, понять, какой совет вам нужен и в какой области - инструментовки ли, нотации или создания формы.

Так что с отъездом профессоров мастер-класс только начинается. Преподаватели вам дают направление, а всё остальное восновном должны делать вы сами. Я не говорю, что после мастер-класса у вас должен был кардинально поменяться стиль или инструментовка. Но правильно Том говорил: вы не можете научиться математике, наблюдая за тем, как это делают другие.

Т. Джонсон, композитор, педагог мастер-класса: Вы помните, я в самом начале своих лекций написал адрес своего сайта, свой электронный адрес и адрес своей радиопрограммы. Если у вас есть желание, вы можете поддерживать со мной контакт и продолжать совместную работу.

Азимбек Джамбаев, студент мастер-класса: Я тоже впервые участвовал на мастер-классе и мне многое понравилось. Хотелось бы принять участие в его работе и в следующем году, чтобы узнать больше о современной музыке, о новых техниках.

А.Ким: Ты воспринял это просто как информацию к сведению, или что-то хочется использовать в своей работе?

А. Джамбаев: Что-то взял только как информацию, но некоторые вещи хочу использовать. Например, из того, что сегодня услышал на лекции Тома Джонсона...

А.Ким: Хочешь попробовать что-то сделать в комбинаторном дизайне? А ты, Нодырбек, что хотел бы использовать из того, что узнал на мастер-классе?

Нодырбек Махаров, студент мастер-класса: Я много интересного узнал, о чем раньше и не думал. Хотел бы попробовать поработать в стиле электронной музыки. И советую другим тоже в попробовать поработать этом стиле.

А.Ким: В прошлом году мы думали организовать цикл встреч молодых композиторов, чтобы вы в нашей библиотеке брали интересующие вас материалы, готовили бы сообщения, делились прочитанным с остальными. Но мало кто из вас поддержал нашу идею. Те ребята, которые в течение всего года продолжают активно, как на мастер-классе, самостоятельно заниматься, слушать и анализировать музыку и работать над своими произведениями, благодаря такой активности развиваются гораздо быстрее.

А те из молодых композиторов, кто раз в год вспоминает о мастер-классе, кто сочиняет 2- 3 небольших музыкальных произведения в год, - и то по необходимости, - не прогрессируют даже на техническом уровне. У них сохранились те же проблемы в нотации, в форме, в использовании инструментов, что и год назад.

Композитор не может функционировать без активной внутренней работы. Чтобы этот процесс запустить, надо накачивать себя звуковой и нотной информацией. В нашем городе и так нет необходимого количества концертов, хороших оркестров, ансамблей, залов с правильной акустикой. А раз этого нет, то и потребности нет. Многие из наших композиторов и на те концерты, которые здесь бывают, не ходят. Я говорю не только про современную музыку… Единственный, кто ходит на все концерты, это Феликс Маркович Янов-Яновский. Потому что он понимает, что даже ему (знающему о музыке в несколько раз больше, чем все мы, вместе взятые) - необходимо постоянное ощущение музыки вокруг…

Кстати, по субботам музыканты Ансамбля Omnibus читают лекции в консерватории. Мы ждем ваши партитуры и готовы сыграть любые наброски и вместе с вами обсуждать, что получится.

Хочу отметить еще очень важный момент. В этом году к нам на занятия стали больше приходить студенты композиторского отделения Консерватории. Прежде в проекте Omnibus Laboratorium участвовали только ученики того же Феликса Марковича. А остальные консерваторские преподаватели либо держали нейтралитет по отношению к нашему мастер-классу, либо даже были против того, чтобы их студенты участвовали в нем. Они опасались, как бы мы на наших занятиях по современной музыке не направили молодых композиторов по "неверному пути", после чего они вообще не смогут сочинять музыку.

Том Джонсон: Я довольно часто приезжаю в Москву и мой главный вопрос московским композиторам: "У вас в стране живут лучшие в мире певцы, у вас находится один из лучших оперных театров. Почему никто из вас не пишет современной оперы?" Они отвечают: «Если даже я напишу оперу, ее никто не будет исполнять, потому что Большой театр не заинтересован в современной музыке...»

А.Ким: Надеюсь, вы понимаете, что никто не требует от вас сочинять, используя лишь то, о чем вы здесь услышали: только микрохроматику, как у Питера Адрианца, или комбинаторный дизайн, как у Тома Джонсона, или алеаторику, как у Сенг-А О, или музыку с текстом, как у Феликса Янов-Яновского.

На нашем мастер-классе вам, как и в библиотеке, предоставляется информация. Как вы ею распорядитесь – это ваш выбор и ваша ответственность: возвращаете ли вы книгу на полку после прочтения и забываете о ней или же начинаете активно использовать ее для себя.

Роланд Мосер, композитор, педагог мастер-класса: Я начал писать музыку в 9 лет, а первый учитель у меня появился в 21 год. И я счастлив, что у меня были эти 12 лет, когда я занимался без педагога. Потому что композитор получается только из самообразования. И мой совет - не ждите учителя. Если вы всерьез занимаетесь композицией, то не ждите следующего мастер-класса, а начинайте работать уже сегодня.

Т. Джонсон: У меня опыт немного другой, я занимался с очень многими композиторами. Но никому из них не мог довериться полностью. И не чувствовал, что я что-то умею как композитор. Только в 27 лет, когда моим преподавателем стал Мортон Фелдман, я понял, что у этого человека могу чему-то научиться, И я решил делать буквально все, что он скажет. Благодаря Мортону Фелдману, который дал мне верное направление, я и стал композитором. Разумеется, это был только мой жизненный опыт, но, может быть, если вы встретите такого гуру, которому будете абсолютно доверять и во всем следовать его советам, то через какое-то время тоже почувствуете результат…

Феликс Янов-Яновский, композитор, педагог мастер-класса: Много лет назад у нас с двумя педагогами - композиторами Альбертом Малаховым и Румилем Вильдановым была такая практика: наши студенты ходили друг к другу. Там не было никакой ревности, никто не говорил: "ты его не слушай, а делай только то, что я тебе говорю". Наоборот, ребятами воспринималось любое мнение. Тогда по духу было примерно то же, что сегодня у нас происходит здесь, на мастер-классе.

Мне кажется, что не надо ждать немедленной отдачи от того, что ребята прослушали Мосера или Джонсона. Дело не в этом - все равно всё ими услышанное где-то отложится. Отдача приходит через какое-то время, если только у человека есть потребность к восприятию. Если ее нет, то всё, здесь произнесенное, пройдет мимо, что бы там ни говорили.

И в другом я с Артемом Васильевичем совершенно согласен: никакой педагог, кто бы он ни был, Мортон Фелдман или кто-то другой, не научит вас сочинять музыку. Если у человека нет потребности писать каждый день, то ему не надо насиловать себя и заниматься композицией.

Еще один совет уже не очень молодого человека: держитесь вместе. Композиторы сейчас очень разобщены, и мало кто знает, что происходит у других, кто что делает. Ведь вы в промежутках между лекциями в консерватории можете показывать друг другу свою музыку, обсуждать ее. Сделанное в этом отношении Омнибусом просто трудно переоценить. А материалы из библиотеки и фонотеки должны быть вашим хлебом.

Мария Стальбовская, журналист: Вы знаете, что у ансамбля Omnibus есть сайт, на котором выступают и сами музыканты ансамбля, и его друзья, композиторы и др. Мне кажется, для вас этот сайт - прекрасная возможность последовать совету Феликса Марковича держаться вместе. На страницах сайта вы можете рассказывать о том, чем вы сейчас заняты, что читаете или пишете, что хотели бы осуществить. И когда-нибудь благодаря этому вы найдете новых друзей в Интернете, расширите круг своих единомышленников.

А. Ким: Согласен, наш сайт делается и для вас. Это еще одна возможность поддерживать общение между собой и быть в курсе событий в современной музыке и Узбекистана, и всего мира.

Из зала: А я хотела бы на прощание участникам мастер-класса подарить немного другого искусства – вот эти глиняные фигурки дельфинов.

30 октября 2011

 

 
Copyright by Omnibus Ensemble
Povered by OLLI
Design by "Design Drugs"